Август 2016
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
« Июл    
1234567
891011121314
15161718192021
22232425262728
293031  

Календарь

Прихожане храма Св. Марии Магдалины с. А-Мелентьево Георгий Верич и Вадим Литвиненко стали победителями XIV традиционного турнира по боксу памяти моряка подводной лодки «Курск» Сергея Калинина в ст. Багаевской.

P136009118 августа в станице Багаевской Ростовской области стартовал турнир по боксу памяти моряка подводной лодки «Курск» Сергея Калинина.

Турнир на родине подводника в станице Багаевской проводится уже в 14-й раз.

 

В этом году за победу два дня боролись около 200 юных спортсменов из 17 регионов страны, участниками были спортсмены из Абхазии, Донецка (ДНР), Дагестана, Краснодара, Калмыкии, Адлера, Ейска, Севастополя, Пятигорска в трех возрастных группах 2004-2005 г.р., 2002-2003 г.р., 2000-2001 г.р.

 

Пономарь храма св. Марии Магдалины Лев Атян тренирует ребят из А- Мелентьево и окрестных сел в местном клубе, занимаясь с ними борьбой самбо и боксом. Мальчишки ходят по воскресным дням в храм и участвуют в Таинстве Причащения.

Трое ребят Георгий Верич, Вадим Литвиненко, Данил Донченко вместе с тренером на средства прихода отправились в станицу Багаевскую на соревнования , и привезли с собой две медали за I и II место.

По окончании Богослужения батюшка и прихожане поздравили победителей.

P1360098

Каким должен быть гражданин рая.

1008424442Святой Афанасий Великий сделал комментарии к Псалмам. 14 псалом подписан читать, что б узнать каков должен быть гражданин небесного царствия:

«1 Господи! Кто будет обитать в жилище Твоем? Или кто поселится на святой горе Твоей?

2 Тот, кто ходит непорочно и делает правду, говорит истину от сердца своего,
3 кто не льстил языком своим, и не делал зла ближнему своему, и не принимал поношения на ближайших своих,
4 тот, в чьих глазах презрен лукавый, кто боящихся Господа славит; клянется своему ближнему, и не нарушает клятвы.
5 Кто серебра своего не давал в рост, и даров против невинных не принимал. Делающий это не поколеблется во век.»

 

Посмертное чудо старца Николая Гурьянова

o.-Nikolay-GurjanovЧерез несколько часов после кончины старца, во время облачения его честного тела, произошло дивное чудо. Для видевших множество исцелений и чудес от подвижника, это событие стало естественным продолжением его святой жизни.
Когда отцы поднесли старцу напрестольный Крест и Евангелие, дабы вложить их в руки, он бережно и благоговейно приподнял правую руку, простер ее, и сам взял Крест — так, как он всегда держал его при жизни. (Батюшка, держа Крест, всегда внимательно смотрел, чтобы его персты не заслоняли Распятого Спасителя…) И вот теперь, уже из вечности он послал весточку, что смерти нет, а есть Вечная Жизнь во Христе.

Левую же руку старец приоткрыл – и облачавшие его отцы вложили в нее Святое Евангелие. Затем тихонько возложил на него сверху персты, при этом слегка приподняв левое плечо. Потому что Евангелие было тяжелым, в серебряном окладе.

И в этом чудесном для мира явлении отец Николай уподобился своему «брату и любимцу», другу, сотаиннику, сомолитвеннику, с которым они «плакали о России» — батюшке Серафиму Саровскому… Когда духовник преподобного чудотворца, отец Илларион, хотел положить в руку его разрешительную молитву, то она сама разжалась и приняла молитву…

(Из воспоминаний схимонахини Николаи (Гроян), духовной дочери и келейницы старца Николая Гурьянова)

Опубликовано: Василий (Фазиль) Ирзабеков  Дата:

 

9 августа в храме св. Марии Магдалины причащались воспитанники детского сада «Сказка»

P1360057P1360067

Богослужение — бесценный дар.

GoncharovТрагедия человека как раз и начинается с ошибки в выборе ценностей
жизни. И чем сильнее страсти, тем чаще и серьезнее он ошибается. Страсти всегда приковывают мысль к текущему моменту, но он проходит почти без следа, а за ним новый, иной. Страсти как бы укорачивают мысль, торопят ее, и она решается наспех, независимо от того, касается ли она малого или большого, временного или вечного.

Когда человек не хочет нести лёгкое бремя Господне, естественное и разумное, ради Бога, ради спасения души своей, приходят бесы, со своим бременем более тяжелым, и, гнездясь на страстях человека, постепенно жизнь его превращают в ад.

В Храме на Богослужении человек внутри земной жизни ощущает присутствие жизни вечной. Здесь время преображается в вечность, т.е. становится реальным.

Богослужение есть форма передачи благодати — Дух Святой, сшедший на землю однажды, всегда пребывает в храме и каждому подает что кому потребно, по мере осознания человеком необходимости в нем.

Жизнь с Богом- это восстановление естественного порядка. Это сначала очеловечивание человека, потом его обожение. Богослужение – неисчерпаемы кладезь живой воды. Оно может заменить все. Его ничто заменить не может. Растратить жизнь на суету-высшая мера наказания. Как сказал Феофан Затворник : «Бог-жизнь, только то и живо, в чём часть Его»

(протоиерей Иоанн Гончаров)

 

4 августа — день памяти святой Марии Магдалины и престольный праздник в с. А-Мелентьево.

P1350815День памяти  небесной покровительницы  храма Св. равноапостольной  Марии Магдалины в  селе Андреево -Мелентьево  жители села, прихожане и гости отметили  совместной молитвой за  Молебном и Литургией.

Настоятелю храма протоиерею Николаю Бандурину сослужили священники : настоятель прихода святителя Николая Чудотворца г. Шахты, протоиерей Валерий Татаркин, настоятель храма Св. Сергия Радонежского г. Таганрога протоиерей Алексей Клименко, священник храма Николая Чудотворца иерей Игорь Лосев, священник храма св. Троицы г. Таганрога Михаил Олексив. За Богослужением причастились воспитанники детского сада «Сказка».

Гости посмотрели концерт малого детского хора воскресной школы , организованный  регентом Ириной Карпенко и угостились праздничным обедом, приготовленным прихожанами храма.

Заслуженный учитель, преподаватель химии С-Сарматской школы,   Виктор Иванович Старокош показал гостям коллекцию своих картин.

 

 

«Мой первый крестный ход». Очерк ростовчанки о Великорецком крестном ходе.

Слева на фото прихожанин нашего храма Андрей.

Слева на фото прихожанин нашего храма Андрей, участник Великорецкого крестного хода.

«Мой первый крестный ход». Записки участницы поездки от Паломнического центра при Ростовском кафедральном соборе Рождества Пресвятой Богородицы.

Более шести веков Великорецкий крестный ход собирает вместе верующих со всех уголков России. И не только России. В этом году с нами шла англичанка, афроамериканец, чехи, поляки, словаки, паломники из Испании, Швеции, журналистка из Бельгии, также на Вятскую землю приехал автобус из Одессы в количестве 50-ти человек. Очень много паломников из Минска и всей Белоруссии.

Запомнилась молодая белорусская женщина с четырёхлетней дочкой Марийкой (которая делала себе кукол из использованных одноразовых влажных салфеток). На вопрос, зачем идёт в крестный ход, ответила: «Нужда заставила». Подумала и добавила: «Подумать, очиститься…»

Я сама из маленького провинциального города Азова Ростовской области, но очень богатого историческими событиями и древнего. Паломническая поездка была организована в Великорецкий крестный ход от Ростовского кафедрального собора. Обратила внимание, что очень много детей: только в нашем автобусе 12 детей (от 7 до 15-ти летнего возраста). Из них — девочка 14 лет, ростовчанка, очень скромная, в дальнейшем пела в хоре на молебнах. На вопрос, зачем идёшь, ответила: «Захотела сама, я уже иду третий раз, раньше ходила с мамой, а теперь сама решила, мама пойти не смогла». Таня, 14 лет, другая девочка, её подружка, более современная, своенравная и не скрывавшая своё недовольство поездкой. На вопрос, зачем поехала, ответила: «Мама заставила». Тоже идёт не первый раз. Стала с ними общаться и говорю, что очень боюсь, что не выдержу и не дойду, всё-таки 150 км. за 6 дней. В беседе сразу стали убеждать, подбадривать и давать советы, как легче пройти. На протяжении всего крестного хода друг друга поддерживали, искоса следили за мной и наблюдали: дойду? Или не дойду?

Выехали мы из Ростова-на-Дону 30 мая и приехали в Дивеево, пробыли в нём до 2 июня. Это будет отдельный мой рассказ о Дивеево: Серафим Саровский, Канавка, Николай Второй. С Дивеево мы приехали в город Киров (бывший город Хлынов-Вятка-Киров). 3 июня — начало крестного хода. Великорецкий крестный ход с иконой Николая Чудотворца на реку Великую к месту её явления простому крестьянину, это наша история, это наша память. Первый день пути из собора Тихона-Вятского до деревни Бобино считается самым лёгким днем пути — 19,5 км: по улицам, проспектам города Кирова, по шоссе и немного по просёлочной дороге.

И вот в первый день начинаешь понимать, какой надо было брать рюкзак, какую обувь и одежду. Это как и в жизни: приноравливаешься нести «свой крест». И в будущем встречая на пути людей совершенно разных, из разных слоёв населения нашей необъятной Родины, многие из них старались идти налегке (не брать ничего лишнего!). Но это уже в конце первого дня пути, а с начала гордо идёшь по улицам города Кирова, понимая, какая на тебе ответственность — нести вековую людскую память, признательность и любовь Святителю Николаю! Немного успокоившись, начинаю присматриваться к своим попутчикам: вот идет папа, мама и трое девочек разных возрастов (4; 6; 12 лет) одетых одинаково, наверное, чтобы не потеряться. Папа шутит, и как приятно слушать их разговор, добрый, поучительный, и в то же время чувствуется какая-то сплочённость в этой семье. Присмотрелась, старшая девочка в инвалидном кресле (ДЦП). И тоже улыбается и принимает участие в семейном разговоре. А вот идёт папа с самодельной тележкой, а вокруг четверо детей мальчишек и девчонок: мал, мала меньше. Самому маленькому не больше 3-4 года. Самый старший мальчик 12-14 лет идёт сам, придерживаясь за тележку (тоже ДЦП). Становится немного стыдно за свои сомнения, смогу ли я дойти?…

Так за своими размышлениями и наблюдениями мы пришли в Бобино, закончился первый день пути. Посетили молебен, разбили палатки, кто ночует в церкви, школе. Подъём в 2 часа ночи, молебен, и в 3:00 начало второго дня пути, все говорят, самого сложного, надо пройти 50 км. Утро сказочное, природа удивительная, отличается от донской. Берёзки, озёра, стелящейся туман над озёрами и тихий восход солнца! Завораживает пение птиц и необыкновенная красота. Слышны тихие молитвы паломников. Вот идёт бабушка за 80, маленькая, ссутулившаяся, но голос как у девчонки, с женщиной лет 50-ти с очень чистым голосом, похожим на журчанье ручейка. Молча им улыбнулась и прошла с ними, пока читали молитвы утренние и акафист святителю Николаю, поблагодарила и пошла дальше, прибавив шагу. Удивительно, но встретив меня в Великорецком на празднике — они меня узнают первыми и обратятся ко мне как доброй знакомой: «Матушка, с праздником!»

Очень хочется вспомнить и прочитать стихи Владимира Васильевых — настоятеля Кировской церкви Иоанна Предтечи:

«Я видел в жизни много суеты,

Предательства, обмана, лицемерий.

Но всё, же больше было доброты

И больше радостных мгновений».

У паломников крестного хода, есть поверье, что кто идёт первый раз, его сопровождают два ангела! Я это почувствовала на себе. Второй день пути для меня был самым солнечным, удивительным на встречи с добрыми и интересными людьми. В селе Загарье нас встретили земляки, ростовчане, которые отстраивают церковную колокольню на свои сбережения, как говорят, с Божьей помощью. Кормили у себя дома: три вида первого, второго, соления, четыре вида варенья. У них приняла летний душ. Отдохнула телом и душой. Здесь же познакомилась с бабушкой из Бурятии, 83 года, спрашиваю: «Зачем пошли в крестный ход?» Ответ: «Ой, деточка, дома: корова, огород, дом… да… отдохнуть!».

Так и хочется вспомнить слова русского поэта Некрасова:

«Есть в русских селениях женщины, в горящую избу войдут и коня на скаку остановят….»

Поздно вечером пришли в населенный пункт Монастырское. Молебен. Спать, спать, спать…

Воскресенье 5 июня.

Подъём в 2 часа ночи. Молебен. В 3 утра выход в Великорецкое. По дороге большая остановка в Горохове. Всю дорогу читала молитвы: Иисусу Христу, Богородице, Отче наш. С молитвой идти легче, перестаю читать, начинают болеть ноги, спина, плечи. Читаю, иду дальше, как-будто меня кто-то  несёт на руках. В Горохове на стенах монастыря проявляется образ Богородицы, к этому образу едут очень много паломников. Идя и читая молитвы, вспоминаешь все свои прегрешения, ведомые и неведомые. В этот момент забываешь о деньгах, карьере, ремонтах и прочих житейских проблемах. Как будто очищаешься от всей ненужной суеты. Остаётся только самое главное: взаимоотношение с мужем, детьми, здоровье родителей, своё здоровье…

Великорецкое встречало нас «Вятским квасом», выпила бутылочку залпом. Спросила: «Можно ещё одну?». На меня посмотрели с недоумением. Потом поняла: все брали ящиками…

В Великорецкое на встречу крестного хода приехало очень много паломников. Торжественный молебен, после молебна зашла в собор и встретила многодетную маму, ехавшую с нами в автобусе. Мы обнялись, как родные, и плакали, стоя под куполом церкви… Дошли!… Ничего не говоря, улыбались и плакали, обнявшись, в это момент мы были как одно целое.

Над Великой рекой…

Над Великой рекой тихо солнце встаёт,

Алым светом зари заливает восток.

Здесь на Вятской земле, на Великой реке

Святой образ народу явился,

Чтоб язычество тьму навсегда победить,

Чтобы к Богу народ обратился.

Сегодня, в воскресенье, 5 июня, надо исповедаться, чтобы завтра утром на Великой реке причаститься. Стоять и ждать своей исповеди пришлось долго, 3-4 часа. Но вот, на конец и моя очередь. Со слезами на глазах, рассказываю священнику о своих прегрешениях. Батюшка, ласково глядя на меня говорит:» Матушка, раз всё понимаешь, душа не чёрствая, живая, иди с Богом!». И стало легче, усталость куда-то ушла. Поставила палатку, правда попросила помочь паренька из нашего автобуса. Спала, как младенец.

Распорядок дня на 6 июня, понедельник.

1:00. Ранняя Божественная литургия в Преображенском храме.

3:00. Ранняя Божественная литургия в Никольском соборе.

5:00. Ранняя Божественная литургия в Преображенском храме.

6:00. Средняя Божественная литургия на берегу реки Великой.

10:00. Поздняя Божественная литургия на берегу реки Великой.

13:00. Крестный ход на источник. Освящение воды на источнике и на реке Великой.

14:00. Перенесение иконы от берега реки Великой в Преображенский храм Великорецкого подворья.

14:00-18:00. Молебен с акафистом перед Великорецким образом святителя Николая Чудотворца в Преображенском храме.

Утром встала в 5 утра сама, по внутренним биологическим часам, прочитала молитвы и пошла на среднюю Божественную литургию на Великой реке. Искупалась в реке, день солнечный, воздух пропитан хвоей, дышится легко, настроение праздничное и в душе умиротворение… Просто благодать!

7 июня, вторник.

Дойдя до Великорецкого, по кругу возвращаемся в город Киров. Подъём в 12:00 — самый ранний подъём из всех дней крестного хода. В 1:00- Молебен с акафистом святителю Николаю Чудотворцу в Преображенском храме. В 2:00 ночи выход из села Великорецкое в село Медяны, из села Медяны в поселок Мурыгино. За этот день надо пройти 37 км. Моросит мелкий дождь, пасмурно, холодно, градусов 3-5 не больше. Через час пути начинаешь понимать, что на тебе не осталось и сантиметра сухой одежды! И с собой запасной одежды ничего не взяла. На первой же остановке в лесу начинает «колотить» от холода. Рядом стоит, отдыхает москвичка и говорит: «Всем холодно, а мне жарко, я радуюсь дождю. Хотите я дам свою кофту», — обращается она ко мне. Я спрашиваю: «А как я вам её отдам?». И сама отвечаю: «Я её оставлю в палатке „Забытых вещей“, (есть такая услуга в крестном ходе). Она отвечает: «Хорошо! Но если не оставите, ничего страшного, „во Славу Господу!“

Одеваю сухую итальянскую кофту, становится теплее и озноб проходит. Иду дальше, но лицо видно выражает ещё предшествующий ужас и холод. Прохожу мимо костра, где сидит мужчина в огромном дождевике и пьёт горячий кофе. Посмотрев на меня, говорит: «Сестра, на, выпей горячего» и протягивает большую железную кружку с кофе. Делаю несколько глотков и сразу согреваюсь… «Ой, он ещё и сладкий» говорю я и отдаю кружку назад. Не знаю, от тёплых вещей и горячего кофе, а скорее от людского тепла становится очень хорошо!.. Хочется жить и идти дальше и обязательно пройти весь путь до конца. Но это были «только цветочки, а ягодки впереди…». В лесу, где размытые дороги, брошенные и забытые деревни, где нельзя спрятаться от дождя, холода, грязи, идёшь и думаешь, только бы не свалиться в канаву полной холодной, грязной жижи. По дорогам, где можно пройти в колонну по одному, след в след, оступился, упал — значит, выбыл из строя. В таких условиях остановки делают чаще, а те, кто идут последними, получается, не отдыхают вообще. А как в таких условиях несли икону, ведь её должны нести четыре человека…

А дети и взрослые в инвалидных колясках? А одинокие мамочки с маленькими детьми на руках?

И вот колонну идущих пронзает громкий голос: «Христос Воскрес!» Откуда-то берутся силы и все хором отвечают: «В истине Воскрес». Измученные, усталые, голодные и мокрые дошли до села Медяны. Я на молебнах старалась стоять поближе к иконе, чтобы слышать слова священника, но не в этот раз. Кровяные мозоли на ногах давали о себе знать. Я из последних сил держалась за импровизированную, сбитую из досок, огромную «раздаточную», построенную селянами для нас. В один шейкер мне налили чай, а в другой — гороховый суп, и тут я замечаю паренька лет 18-ти стоящего со мной рядом, что он босиком. Спрашиваю: «Зачем пошел в крестный ход?» Отшучивается:»супчику поесть».

Иду по селу, присматриваюсь, где бы остановиться и поесть, привести себя в порядок. Мне навстречу идет бабуля, я спрашиваю, можно мне у нее остановиться. Поодаль с ней шла другая бабушка, она ей и говорит: «Вера, глянь какая? Возьмёшь?» Бабушка Вера мне говорит: «Пошли со мной, вон моя изба вторая от угла, заходи». На крыльце уже стояла много обуви, я разулась. Вошла в дом, а в доме были все батюшки Великорецкого крестного хода. Я хотела уйти, но за мной следом вошла молодая женщина и предложила сесть за стол и покушать у них, я поблагодарила и села на скамейку рядом с теплой русской печкой, обложенной голубым кафелем (русскую печь я видела впервые). Молодая женщина мне сказала, что я могу взять с полочки любые тапочки, на самой верхней полочки стояли меховые сапожки моего размера, я надела. В очередной раз, проходя мимо меня, молодя женщина всунула мне в руки пирожок. Ничего вкуснее этого пирожка я не ела, так мне тогда показалось. Один из батюшек, колоритной внешности, погладил меня по голове и сказал:  «Грейся». Так я и познакомилась с Владимиром Васильевых – настоятелем кировской церкви Иоанна Предтечи, автором рассказов и стихов. Всем, кто был в доме, он прочитал стихи и подарил свою книгу. Я попросила сделать дарственную надпись, моему примеру последовали и все гости бабушки Веры. Отдохнув у добрых хозяев этого гостеприимного дома, пошли дальше по намеченному маршруту.

В поселке Мурыгино для ночлега паломников предоставили: церковь, школу, Дом культуры и детский дом. Палатку ставить не стала — очень мокрая земля, да и спать всего 2-3 часа. Спала в автобусе. Предстоял последний, шестой день пути. Подъем в 1 час ночи. Молебен, 3.00 – выход в город Киров. В 4.00 утра состоялась встреча крестного хода в поселке Гирсово. Привал. Каримат стелю рядом с дорогой, нет сил идти далеко и выбирать место, да и потом, когда пойдет крестный ход, стать в колонну удобнее. Рядом со мной девушка, лет 20-ти, а через некоторое время между нами располагается мужчина, лет 50-ти. Я лежу с закрытыми глазами. У мужчины с девушкой завязывается беседа, из их разговора понимаю, что он пошел в крестный ход «спонтанно» и всё, что на нём – это все его вещи. Спрашиваю: «Будете сухарики?» Кивок головой в ответ. Отдаю не начатую пачку сухариков и бутылочку с водой. Через некоторое время спрашиваю:» А казенаки?» — опять утвердительный кивок головой. Я вспоминаю, что у меня в рюкзаке есть чистый свитер моего сына, протягиваю его своему соседу и говорю:» Придём в Киров, на территории Свято – Успенского кафедрального собора Трифонова мужского монастыря есть источник, искупаетесь и оденете чистую толстовку и всю усталость снимет как рукой». Он прижимает её к груди и так лежит с блаженной улыбкой на лице. В одной руке недоеденные сухарики, в другой «казенаки», а на груди толстовка моего сына.

Последние три километра дороги идут в гору: сначала по мосту, потом по улицам города Кирова. Заходим на мост, и начинается дождь, как-будто он нас омывает и очищает от грязи и усталости. В городе нас встречают на обочине люди: какая-то девушка украдкой вытирает слезу, а вот женщина плачет навзрыд, уткнувшись в свои ладони, кто-то  улыбается. На строительной площадке рабочие бросили работать и с недоумением смотрят на нас. Мне в этот момент вспоминается встреча двух священников в лесу на привале. Один из священников шел с нами в крестном ходе из Кирова, шел не один, а с сыном лет шести. Этот священник мне очень запомнился, у него была «внутренняя интеллигентность», опрятность, и я не могла понять, как в таких спартанских условиях у него всегда был чистый, накрахмаленный воротничок. Если я глазами на молебнах находила батюшку, мне становилось легко и спокойно. В один из привалов мы остановились рядом. Тогда я ещё не знала, что батюшки не могут брать с собой еду, деньги в крестный ход. Они кушают, только то, что им дадут прихожане. И я до сих пор жалею, что не отдала шоколадку мальчику и его папе. Поэтому на привале он просто лежал с закрытыми глазами. И вот мимо проходит мужчина не в черной, а серой рясе, сверху одета свободная черная куртка. Наш знакомый батюшка быстро поднимается ему на встречу и они обнимаются, приветствуют друг друга, как старые приятели. Наш батюшка спрашивает: «Как ты здесь?» Незнакомый батюшка отвечает: «Я свободный художник», он и впрямь похож на художника своей одеждой и внешностью – и добавляет –» Потрудиться, во Славу Господа!»

Крестный ход подходит к храму в честь иконы Божией Матери «Всех Скорбящих Радости» г. Кирова. Идет молебен с акафистом святителю Николаю Чудотворцу. Стоять нет сил, у стены на стуле сидит мужчина, молча уступает мне место, присаживаюсь, слушаю молебен и чувствую, как растекается приятное тепло по всему телу, уходит усталость, идет прилив сил. Здесь же проходит водосвятие. Отдохнувшие и подкрепившиеся идем в конечный пункт назначения, в Свято-Успенский кафедральный собор Трифонова мужского монастыря. У ворот монастыря встречает нас группа людей, опустившихся на самое дно современного общества. Ведь не зря на Вятке говорят: когда идёт Великорецкий крестный ход-бесы трепещут. Первый стоит мужчина, склонив голову, а по щекам, по морщинистым складкам текут слезы. Его внешность мне напомнила Шукшина, вернее образ, который он сыграл в фильме «Калина красная». Настоящий русский мужик: коренастый, загорелый, жилистые руки и с открытой душой. Вторая стояла, вернее прыгала, хлопала в ладоши молодая женщина и радостно кричала: «Дошли, дошли…» Третий стоял седой дедушка на коленях, крестился и тоже плакал. У меня до сих пор стоит эта картинка перед глазами. Многие обыватели спросят «Зачем вы сюда ходите?» Им не понять, сколько людей получают здесь утешение, раскаявшись в греховных делах и помыслах, сколько святитель Николай осушил здесь слез и укротил греховных страстей. Проходит торжественный молебен, присутствуют журналисты, идет прямая трансляция по местному телевидению. А в душе грусть, неужели все закончилось. Очень жаль расставаться с теми, кого уже может быть никогда не увидишь. И я понимаю, что очень буду стараться, просить Бога, чтобы он «управил», и я на следующий год снова была в строю крестного хода 2017 года.

6 июля 2016 года, паломница Н.

ЛЁША ИЗ ЛАВРЫ Жил-был один монах, и были у него лом и лопата

Первое чудо после смерти отца Алексия случилось в день его похорон. С рядовым монахом, у которого из живых родственников только брат и мама, пришли проститься тысячи мирян. Самый большой в Троице-Сергиевой лавре храм был забит битком, люди стояли на улице. Второе чудо произошло во время панихиды — плакали все без исключения, как будто в помещении кто-то распылил слезоточивый газ. Третье чудо явил наместник лавры архимандрит Феогност. До сих пор на отпевании монахов он не произносил заупокойных проповедей, а тут не только взял слово, но и превысил свои полномочия: «Сегодня нет места для уныния и скорби… В промысле Божьем ошибок не бывает… Отцу Алексию хватило тридцати трех лет, чтобы раскрыться всей своей полнотой пред Богом и людьми… Я не побоюсь сказать: он — свят, и можно писать житие». «Русский репортер» решил попробовать.

Сережа

— А ты знаешь, что во время молитвы борода быстрей растет? — пожилой монах на лавочке под деревом ласково подшучивает над ребенком, который с восхищением разглядывает его бороду. — Ты что, мне не веришь?! Ведь вместе с бородой из человека грехи выходят. Чем она длинней, тем больше в человеке было всякого безобразия. Видишь, сколько у нас тут в монастыре грешников, а ты еще пока чист, потому и безбородый. Неужели тебе мама не рассказывала? Да об этом же все знают! Ну ты даешь!

В советское время в Троице-Сергиевой лавре было меньше людей, но больше деревьев. Они умело маскировали последние очаги христианства от слишком внимательных глаз. В начале девяностых, когда гонения на православие закончились, а слишком внимательные глаза забегали совсем по другим делам, руководство лавры решило вывести корпуса духовной академии из тени. Многие деревья вырубили, кустарники заменили на цветы, половину скамеечек убрали. В том числе и ту, на которой ночевал пятнадцатилетний Сережа Писанюк, когда в первый раз приехал с мамой в Сергиев Посад из Киева. Сначала спали прямо на улице, потом Сережа познакомился с семинаристами, и они разрешили им спать в просфорне, а затем подросток и сам решил поступать в Духовную академию.

Детство и отрочество будущего отца Алексия — типичное для верующего ребенка из советской семьи. Мама врач, папа военный, маленькая квартирка в поселке Вишневое под Киевом. Мать тайком водит сына в церковь, отец ругается, но поделать ничего не может. В школе дразнят христосиком, учительница однажды даже пыталась сорвать крестик, за что тут же получила по руке. От вступления в комсомол Сергей отказался: «Я недостоин» — но от пионеров отвертеться не удалось. Вопрос с галстуком священник решил самым элегантным образом — наложил на него крестное знамение и сам повязал галстук ребенку: «А что — тебе идет».

Академия

У входа в Московскую духовную академию, которая расположена на территории лавры, ругается скворец. На лужайке в саду вокруг клумб бегают, скачут и даже ползают стайки детей, вокруг них — не менее многочисленные группировки матушек и бабушек. Из-за такого численного перевеса складывается ощущение, что это дети выгуливают взрослых, а не взрослые детей.

На заднем дворе академии возле монастырской стены пасутся стада припаркованных велосипедов. Жилые помещения семинаристов поражают спартанской обстановкой. Двухъярусные кровати, по десять-двенадцать в каждом зале. Воздух влажный от сохнущего здесь же белья. Учащиеся почти без остатка делятся на молящихся, читающих, стирающих и спящих. Категории перечислены в порядке возрастания.

Схематическое изображение девушки без платка и в короткой юбке на двери женского туалета воспринимается почти как эротика. В столовой Духовной академии — резко континентальная цветовая гамма. Обжигающе черные кители семинаристов контрастируют с ослепительно белыми халатами поваров. Одни готовят телесную пищу, чтобы другие могли приумножать духовную.

— Ангела за трапезой… Ангела за трапезой… Ангела за трапезой…

Тамада

Свою первую яму Сергей Писанюк вырыл еще до пострига — когда служил в армии. Вырыл и снова зарыл. И снова вырыл. И снова зарыл. Сергей твердо решил стать монахом, но пришлось сначала отдать долг Родине. Выбрал самый бескровный вид войск — стройбат. С дедовщиной особых проблем не было: даже среди соответствующего контингента он смог завоевать авторитет благодаря своей прямоте, честности, а заодно и физической силе. А вот с самим собой бороться пришлось постоянно. Огромный рост, былинные плечи, сильный характер, отзывчивое сердце — мужчина-мечта, девушки вокруг так и вьются. Чтобы избавляться от блудных помыслов, молодой семинарист рыл землю. До изнеможения.

На последнем курсе Духовной академии нужно определяться: либо ты идешь в белое духовенство, либо в черное. Чтобы стать священником, нужно срочно жениться. Среди семинаристов началась эпидемия свадеб. Сергея, как самого бойкого и артистичного, постоянно звали тамадой. Он переженил всех своих друзей, но сам решения не поменял. Когда после пострига его рукополагали в дьяконы, кто-то из друзей заметил: «Дьякон в переводе с греческого — служитель. Его задача — делать службу красивой и запоминающейся, взывать к молящимся, оглашать главы из Евангелия. То есть теперь ты, Серега, будешь у нас тем же тамадой — только в храме».

Раскол

В 1991 году Сергей испытал серьезное потрясение — церковный раскол на Украине. Это событие он переживал как личную трагедию. Дело в том, что в Киеве Писанюк служил иподьяконом при митрополите Филарете (Денисенко), будущем самопровозглашенном патриархе УПЦ КП. Владыка Филарет был сильным проповедником, мудрым духовным наставником — он очень помог подростку укрепиться в вере, сыграл решающую роль в выборе его пути. Падение архиерея казалось невероятным. Для Сергея оно стало знаком того, что на его собственном поприще романтический период закончен. Враг показал свою силу, и эта сила чудовищна.

Первые серьезные искушения не заставили себя ждать. В России началась компания против митрополита Филарета, среди семинаристов собирали подписи под требованием о лишении его сана и предании анафеме. Безусловно, осуждая уход в раскол своего бывшего учителя, Сергей Писанюк поступил исключительно по-христиански — он не стал ничего подписывать и на протяжении всей своей жизни никогда не позволял себе плохих слов в адрес бывшего учителя. Вместе с тем он не поддался и другому соблазну: вернуться на родину, примкнуть к раскольничьей церкви, где в ту пору с радостью привечали людей любых званий, и сделать там молниеносную карьеру.

Устоял Сергей даже тогда, когда стало ясно, что в Русской православной церкви у людей из бывшего окружения Филарета с карьерой могут быть проблемы. Писать кандидатскую диссертацию в академии ему не разрешили, и были основания полагать, что это результат его «особой позиции». А кандидатская — это по сути дела пропуск в мир больших должностей и званий. Но будущий отец Алексий не сильно переживал по этому поводу. Его вполне устраивал греческий перевод слова дьякон.

Служитель

Еще во время учебы Сергей Писанюк заработал прозвище МЧС. У него был особый талант безотказности. Он умел появляться в нужное время в нужном месте — именно там, где необходима его помощь. Сначала это были какие-то мелкие поручения по академии, потом более серьезные дела в лавре. Затем вокруг него сформировалась команда «тимуровцев», ребята стали выезжать на помощь соседним монастырям, которые в первые постсоветские годы чаще всего представляли собой руины.

Однажды семинарист Писанюк не смог пройти мимо — помог наколоть дров старушке-прихожанке. Пока колол, выяснилось, что у нее и огород вскопать некому. Пока копал огород, узнал, что течет крыша — залатал крышу. Язык у старушки длинный — через неделю ее подруги уже были в курсе, что в лавре есть хлопчик, который всем помогает. Просьбы участились. Дрова, крыши, огороды, покосившиеся заборы. Сергей отказывал в помощи только молодым девушкам, которые по-прежнему порхали вокруг него, как бабочки. Впрочем, вскоре соблазны отступили сами собой.

Уже став монахом, иеродьякон Алексий получил необычное послушание. На него, как на самого крепкого и сильного, возложили обязанность в случае смерти кого-нибудь из братии рыть ему могилу. Вскоре сфера применения этого послушания стала расширяться — старушки, которым помогал монах, тоже имели свойство умирать. Уже через год стало понятно, что самая мелкая из обязанностей монаха медленно, но верно занимает в его жизни самое значительное место.

Котлован

Однажды отец Алексий заехал по каким-то делам в морг на улице Кирова. Там стояла страшная вонь. Накануне вырубилось электричество, и весь «балласт» начал гнить. «Балласт» — это невостребованные трупы бомжей. Их количество в 90-е годы выросло на порядок, городским властям пришлось выделить на погребение данного контингента особую статью расходов. Выполнять подряд взялась фирмочка, организованная бывшими милиционерами. Раз в месяц они нанимали трактор, рыли котлован, скидывали туда гробы и зарывали. Мертвые сраму не имут, поэтому очень скоро фирмочка стала экономить на всем: отказались от гробов, забирали трупы все реже и реже. Работники больницы возмущались, но против людей со связями были бессильны.

К приезду отца Алексия в морге уже скопилось сорок трупов. Запах стоял невыносимый, поэтому санитары вынесли их в самый дальний бокс, закрыли покрепче и оставили до лучших времен. Мимо этого места врачи и посетители передвигались бегом — рвать начинало раньше, чем нос улавливал запах. Когда монах явился к начальнику морга и сказал, что готов бесплатно похоронить все это месиво, тот сначала подумал, что перед ним сумасшедший.

На кладбище отцу Алексию выделили специальный участок. Смердящие трупы он вывозил туда несколько дней. Собирал распавшиеся части тел, складывал их в большие полиэтиленовые пакеты, помещал эти пакеты в гробы, которые бесплатно предоставила лавра, туда же вкладывал разрешительную молитву и погребальный крестик. С тех пор ему регулярно звонили с Кировки — он забирал невостребованных покойников и хоронил их по-христиански: гроб, крест, отпевание, собственноручно вырытая могила. Иной раз «клиенты» отца Алексия ложились в землю даже по более высокому разряду, нежели добропорядочные граждане. Однажды в Сергиевом Посаде отмучилась известная на весь город бомжиха Наталья. Хлопоты по ее похоронам монах полностью взял на себя. Когда гроб с новопреставленной приехал в Петропавловский храм, все ахнули: Наталья лежала в гробу чистенькая, в платочке, в новом платье, с четками на руке. В ответ на всеобщее изумление отец Алексий лишь пожал плечами: «Она же не куда-нибудь, она на встречу с Ним — разве можно иначе?»

— Слухай, да що ты взялся за это кладбище?! — недоумевала мама.

— Мамочка, я вам скажу про это… — Алексий всегда называл свою маму на «вы», так принято на Украине. — Начнешь копать — тишина, птички поют… А когда похороню, цветочки посажу на могилке…

— Ты что, не умеешь ни петь, ни читать? Ведь копать может любой дядька, который ничего не знает, ему только и остается копать! А ты должен славить Бога.

— Можно быть самым последним в монастыре, а у Бога первым.

— Деточка, ну что ж ты себе такой удел выбрал?

— Мамо, вы знаете… Привезу человека, положу… Одного, второго — они как ангелятки лежат… А потом вечером сядешь — спокийно, тыхо. В лавру возвращаюсь — такая на душе радость! Так, мамочка, хорошо.

Предшественник

Хоронить бездомных — древнее послушание, которое уже не первый раз в истории христианства прилипает к монашеским рукам. Вот лишь одна подобная история.

Младенец Димитрий, будущий преподобный Даниил Переяславский, родился в XV веке в Переславле-Залесском на Плещеевом озере — это всего в шестидесяти километрах от Сергиева Посада. Еще в отрочестве Димитрий решил стать иноком и, боясь, что родители воспрепятствуют его намерению, ушел в монастырь Пафнутия Боровского. Там он, совершив постриг, жил десять лет под руководством опытного старца Левкоя. Духовно окрепнув, вернулся в родной город, в Горицкий монастырь, где принял священство.

В XVI веке моргов на Руси не было. А погибших безродных людей было не меньше, чем сегодня. Как правило, их находили вдоль дорог: кто-то сам замерз, кого-то убили разбойники. Отец Даниил откликался на каждое известие о такой кончине. Он сам разыскивал умершего, на руках нес его тело в скудельницу (так называли в те времена кладбище для бездомных), своими силами хоронил и потом поминал на Божественной литургии.

Дальше больше — на месте скудельницы преподобный построил храм в честь Всех святых, чтобы в нем возносить молитвы об упокоении безвестно умерших христиан. Вскоре вокруг храма стали селиться монахи и образовалась обитель, настоятелем которой и стал отец Даниил. Духовный авторитет настоятеля был столь высок, что по его просьбе царь Василий III освобождал приговоренных к смертной казни; царь дважды просил отца Даниила стать восприемником его детей. Преставился преподобный 7 апреля 1549 года. Свято-Троицкий Данилов монастырь и сегодня главная достопримечательность Переславля-Залесского.

Уголовное дело

Ритуальные услуги — не та сфера жизни, где терпят вторжения извне. Очень скоро стало понятно, что монашеские подвиги кое-кому ломают непыльный бизнес по захоронению невостребованных трупов. Будь на месте отца Алексия человек попроще, ему в этой ситуации впору было бы примерять мученический венец. Но за монахом как-никак стоит лавра, а за лаврой — вся православная церковь. Поэтому проблемы у отца Алексия начались всего лишь в правовом поле. Но проблемы серьезные. Сначала на него во все инстанции посыпались жалобы — пришлось ходить, писать объяснительные. Потом выяснилось, что для рытья могил нужна специальная лицензия — автоматически возникло уголовное дело по статье о незаконном предпринимательстве. Наконец один из высоких городских начальников собрал у себя в кабинете всех, кто так или иначе причастен к этому конфликту, и стал разбираться лично. Стало ясно, что странный человек в черном действительно делает все бесплатно, и это по сути благотворительная деятельность, а значит, никакой лицензии не требуется. «Все. У меня никаких вопросов больше нет, — захлопнул папку городской начальник. — Отец Алексей, вы свободны».

С этого момента власти не только перестали мешать странному лаврскому монаху, но и начали ему помогать. Теперь он приезжал за невостребованными покойниками не только в морг на Кировке, но и в Центральную районную больницу, и в дом престарелых. По мере погружения в медицинскую закулисную жизнь отец Алексий взял на себя еще один фронт работ — стал погребать абортированных и мертворожденных младенцев, которых обычным порядком просто выбрасывают на помойку или даже смывают в канализацию. Отец Алексий помещал каждого маленького человечка в специальную коробку или посылочный ящик и закапывал между обычными могилами. Даже ампутированные конечности и удаленные органы он предавал земле. Отец Алексий испытывал уважение ко всякой человеческой плоти, поскольку она есть священный сосуд, сотворенный Богом, и воскреснет в последний день.

Генералы и негритосы

На Благовещенском кладбище сегодня хоронят всех сергиево-посадских покойников. У кладбищенских ворот большой храм, перед ним парковка, а прямо на парковку, как в первый ряд партера, лезут вип-могилы. Перед ними тормозит хромая на все четыре колеса «семерка», из нее выходит русоволосый могильщик Василий — полная противоположность шекспировскому. Внутри этого человека идет напряженная духовная работа — это видно невооруженным глазом. Но чтобы он с тобой хоть чем-то поделился всерьез, нужно быть отцом Алексием. С остальными людьми Василий все время молчит и хитро улыбается.

— Да еду я, еду, — отвечает он кому-то по телефону. — Вот сейчас одному человеку Лешкины ряды покажу — и домой.

«Лешкины ряды» — это квартал на Благовещенском кладбище, где похоронены больше тысячи безымянных людей. Иногда у них потом находились родственники, которые опознавали труп по милицейским фотографиям, — и тогда на могильном кресте появлялась табличка. Несколько раз отцу Алексию приходилось проводить эксгумацию — люди хотели перезахоронить непутевого родственника у себя на родине. На освободившиеся места тут же находились желающие из числа состоятельных людей: в какой-то момент «Лешкины ряды» стали высоко котироваться. Лежать здесь теперь почетно и перспективно с точки зрения небесной карьеры.

Когда отец Алексий впервые пришел на это кладбище с лопатой, его встретили не очень приветливо. Ведь он бесплатно рыл могилы не только для бомжей, но и для людей более-менее платежеспособных: обитателей дома престарелых, у которых есть родственники, работников лавры, постоянных прихожан — всех, кто к нему обращался. А это уже прямой ущерб кладбищенскому бизнесу. Могильщики — очень замкнутая и своеобразная каста со своими правилами и ценностями, стать здесь своим трудней, чем внедриться во вражескую разведку. В этой касте действует двухступенчатая иерархия: есть так называемые генералы и есть негритосы. Генералы — это могильщики со стажем, они мало машут лопатой, зато много получают. Негритосы — наоборот. Когда отец Алексий познакомился с Василием, тот был заслуженным генералом. Теперь ни генералов, ни негритосов на Благовещенском кладбище нет — все равны. За несколько лет дружбы с могильщиками монах поломал всю их иерархию, полностью перекроил кладбищенский социум. Что он для этого делал? Да ничего он для этого не делал. Просто копал и молился, молился и копал. А генералы с негритосами смотрели на него и много думали.

Росинант

Видя рвение отца Алексия, монастырское начальство выделило ему автомобиль — старую «газель» бордового цвета, которую монахи тут же окрестили лошадиным именем. Росинант — так звали коня Дон Кихота.

— Это была машина из фильма ужасов, — с улыбкой вспоминает отец Никон (Котов). — Она вся ходила ходуном, какие-то детали держались в буквальном смысле на веревочках. Страшно было, даже когда это чудо проезжало мимо тебя, а уж ехать в ней — вообще караул, старушки крестились, когда залезали в салон. Эта «газель» была постоянно покрыта слоем пыли, и наши монахи-приколисты упражнялись на ней в остроумии. Однажды написали: «Господи, неужели мне одр сей гроб будет?!» (цитата из вечернего молитвенного правила. — «РР»).

Сам отец Никон в какой-то момент стал при этом Росинанте Санчо Пансой. Алексий постоянно искал себе помощников, но надолго никто не задерживался. Молодой послушник стал исключением. Сегодня он преемник отца Алексия в его кладбищенском послушании.

— Меня тогда еще Леонидом звали, в 2000 году я только-только приехал в лавру, был такой худенький, маленький, в очечках, ветром шатало. И вот однажды иду по монастырской площади, а рядом со мной резко тормозит отец Алексий: «Ленька, стой! Поехали, поможешь мне бомжиков похоронить». Всю дорогу он надо мной издевался так по-доброму — очкарик, дескать, чего худой такой, но ничего — мы тебя откормим, может, что путное и выйдет из тебя. В тот раз мы десять человек похоронили, но «мы» — это громко сказано. Я всего полмогилы осилил, но, как ни странно, меня все это заинтересовало. Я всегда тянулся туда, где есть что-то страшное, неформальное, от чего все бегут. Однажды нам с отцом Алексием пришлось эксгумировать труп — этот случай я запомнил на всю жизнь. Уже стало темнеть, а мы все копаем. Сели батарейки в фонаре, закончился бензин в машине, погасли фары — пришлось зажигать свечи. И вот мы при свечах вытаскиваем гроб — прямо как в каком-то кладбищенском триллере. Вдруг слышу неподалеку сначала страшный мужской крик, потом женский визг и удаляющийся топот.

— А им вдогонку — здоровый хохот двух мужиков с лопатами?

— Не, мы так, тихонечко, похихикали…

Простота

Появление в жизни отца Алексия Росинанта способствовало лавинообразному расширению воронки добрых дел. Очень скоро живых пассажиров в его «газели» стало больше, чем мертвых. Развезти после службы прихожан, встретить на вокзале чью-нибудь больную мать, организовать экскурсию в лавру для всех могильщиков района, сгонять на рынок к знакомому торговцу, который готов пожертвовать тонну осетровых голов для дома престарелых, — монах уже не мог проехать по городу и километра, чтобы не вспомнить о каком-нибудь важном деле.

«В таких случаях Алексий помогает, надо его просить», — говорили между собой лаврские монахи и прихожане, не замечая, что обычно так выражаются, когда речь идет о святых. Казалось, энергия монаха безгранична. Он мог делать несколько дел одновременно и рано или поздно выполнял все, что пообещал, причем неважно кому — архиерею или последнему попрошайке у лаврских ворот. Отца Алексия любили и в монастырских кельях, и на городском рынке, где торговцы всегда были готовы выдать ему товар со скидкой и в рассрочку. Он со всеми находил общий язык и мог решить любую проблему. «Алло, это Леша из лавры», — так обычно начинался его телефонный разговор.

Но если надо, умел быть по-пацански жестким и решительным — особенно когда при нем злословили о его братьях по монастырю: «Я жалоб на лавру не принимаю!» Если кто-то его разочаровывал, он переходил с этим человеком на «вы» — и этого окружающие боялись больше всего. Однажды уставший отец Алексий пришел на ужин с большим опозданием и стал свидетелем того, как подвыпивший трудник пытался устроить дебош. Монах молча подошел, навис над ним всей своей двухметровой громадой: «Еще одно слово — и ты у меня вон в том кипящем котле купаться будешь».

Некоторые братья бурной деятельности отца Алексия не одобряли: монах должен быть погружен в молитву, а не суетиться день и ночь, не барахтаться в мирских делах, как лягушка в сметане. По монастырским меркам он и правда проводил в храмах немного времени, молился больше во время работы на кладбище или за рулем. Но от всех нападок его всегда защищал духовник лаврской братии отец Кирилл (Павлов) — человек, пользующийся в Русской православной церкви беспрекословным авторитетом. Его безмерно уважали все лаврские монахи, а он безмерно уважал отца Алексия — значит, было за что. Возможно, за то, что из всех путей угождения Богу этот монах выбрал самый прямой и непосредственный, избегая рассудочного познания веры и многочисленных «ловушек духовной жизни».

Однажды хоронили лаврскую прихожанку. Ее семья жила на одиннадцатом этаже, а покойница была очень тучной женщиной, и спустить тяжелый гроб на первый этаж было решительно невозможно: в лифте он не помещался, а на узкой лестнице было не развернуться. Семейный совет битый час решал, что делать, все чуть не переругались. Наконец приехал отец Алексий. Он просто поднял покойницу из гроба, прижал к себе и в обнимку с трупом спустился на лифте.

Деньги

«Мне духовник не благословил» — так он отвечал на любую попытку оплаты его бесплатных услуг.

— Однажды нам попался покойник с очень настырными родственниками, они прямо-таки насильно запихнули отцу Алексию купюры в карман, — рассказывает отец Никон, который Санчо Панса. — Тогда он отошел в сторону и демонстративно бросил деньги в кусты — так, чтобы те люди смогли их потом подобрать. А в другой раз нам навязывали деньги и водку. От денег мы, естественно, отказались, а водку я взял, чтобы руки продезинфицировать. Отец Алексий стрельнул в меня глазами, но промолчал. А потом в машине такой разнос устроил, что с тех пор я от любых подношений спасаюсь бегством.

— А если приходилось иметь дело с состоятельными людьми?

— Такое тоже бывало. Иногда вдруг выяснялось, что бомжик — вовсе не бомжик, и у него есть совсем не бедные родственники. Они хотели нас отблагодарить, и тогда Алексий поступал точно так же, как его предшественник в этом послушании — преподобный Даниил Переславский. Просто рассказывал этим состоятельным людям, кому нужно помочь: давал телефон, адрес или даже сам отвозил их туда на своем Росинанте. Недостатка в нуждающихся не было. Тем обидней было, когда на него возводили клевету и находились люди, которые этой клевете верили.

Смирение

За несколько месяцев до своей гибели отец Алексий сильно изменился. Он стал более тихим, сосредоточенным, задумчивым, почти перестал шутить. Могильщик Василий, который к тому времени уже стал человеком воцерковленным, однажды услышал такие слова: «Я с тобой поговорить хотел… Знаешь, в жизни не надо опираться на человека… Бывает так: человек умрет, а ты на него опирался — и потом упадешь в пустоту… Я буду от вас потихонечку отходить, чтобы вы привыкали к самостоятельности». — «Леш, ну что за дурь ты несешь», — отреагировало духовное чадо.

— Если быть духовно внимательным, то можно предчувствовать приближение смерти, — считает отец Никон. — В это время Господь человека смиряет — болезнями, тяготами, искушениями. Последний год для отца Алексия был очень сложным. Он, как обычно, делал хорошие дела, а в ответ получал много неблагодарности. То на него какая-то мать подала в суд за то, что он не так похоронил ребенка. Бегала за ним, кричала, одежды срывала. Хотя сама она даже не присутствовала на похоронах. То он сделал одно большое дело для всего города, а его подставили, была куча проблем, он впал в депрессию, неделю на кровати пролежал, не вставая. Я думаю, Господь таким образом смирял его перед смертью, доводил это сокровище до совершенства.

— Разве отец Алексий был недостаточно кроток?

— Когда помогаешь людям, почти всегда одолевает грех тщеславия — я это прочувствовал на себе. Тебя все благодарят, хвалят, носят на руках — спасает только молитва. К тому же последняя зима была особо лютая, земля промерзла в глубину на метр. А у нас тут не просто земля, у нас тут глина: на морозе она лежит монолитом, не режется и не рубится, лопаты гнутся, легче камень долбить — некоторые могилы мы сутками копали. В то время как раз появился на свет знаменитый лом отца Алексия. Это было нечто. Сантиметров восемь в диаметре, два с половиной метра в высоту. Сделан из какого-то вертолетного сплава — чтобы глина не налипала. После его смерти я пытался просто переставить этот лом с места на место. Не смог. Пришлось вызывать помощника.

Спать хочется

Богатырское здоровье монаха подтачивала лишь одна болезнь — вечный недосып. Количество дел росло как снежный ком, чем больше отец Алексий помогал людям, тем чаще к нему обращались. Занимать время приходилось у сна — сначала часы, а потом и сутки — но времени все равно не хватало. Приближалось 17 декабря — именины матери, которая к тому времени перебралась в Дивеевский монастырь Нижегородской области, где служила скитоначальницей. Алексий всегда почитал своих родителей — о том, чтобы прогулять этот праздник, не могло быть и речи.

— Предпоследний день его жизни был особенно тяжелым, — вспоминает отец Зосима, исполняющий в лавре послушание летописца. — Накануне он, как обычно, кому-то допоздна помогал, клал фундамент нашей прихожанке, потом кого-то развозил по домам, лег спать поздно, проспал начало литургии, прибежал весь в слезах, от расстройства прочитал не то зачало из Евангелия, плакал еще сильнее, покаялся, причастился и в таком смирении перед Господом поехал к маме.

Через несколько часов он уснет за рулем.

«Некто сказал Ему: “Господи! неужели мало спасающихся?” Он же сказал им:“Подвизайтесь войти сквозь тесные врата, ибо, сказываю вам, многие поищут войти, и не возмогут”» (Ев. Лк, гл.13).

Эту ошибку на последней для отца Алексия литургии братия до сих пор воспринимает как его прощальное наставление. На следующий день звук набата, возвестившего о гибели монаха, был особенно чистым — без всякого человеческого акцента. До сих пор он немного шепелявил, но звонари нашли оригинальное решение — перед каждым звоном стали мазать язык колокола клеем «Момент». Отец Алексий посоветовал.

Хреново

— А ты вон бери пример с наших деревьев, — говорит немолодой инок какой-то очень огорченной женщине в платочке. Они вместе сидят на лавочке, женщина постоянно кивает, инок все время улыбается. В лавре вообще очень много улыбчивых монахов. Сбрей им бороды, одень в джинсы, клетчатые рубашки и бейсболки — вылитые американцы.

— С деревьев? — огорченный платочек вдруг перестает кивать.

— С деревьев, матушка, с деревьев. Мне иногда кажется, что деревья могли бы быть гораздо лучшими христианами, нежели люди. Ты посмотри на них. Всегда стоят как на молитве. Где рождаются, там и пригождаются. В свое время расцветают, в свое время опадают. Не жадничают, дают приют от дождя и зноя всем, кто попросит. А если и шумят — то лишь до тех пор, пока дует ветер. Так что станет тебе хреново — ты посмотри на деревья и успокойся.

— Хреново?! — платочек смотрит на бороду с тайным восхищением.

— Хреново, матушка, хреново. Тут люди к нам знаешь с какими скорбями приходят. А то, на что ты сейчас жалуешься, — это не горе и даже не беда. Это обыкновенное хреново. Ты посмотри — над тобой вон все деревья смеются.

Биография

Иеродьякон Алексий (в миру Сергей Писанюк) родился в Запорожской области Украинской ССР в 1969 году. Отец военный, мать врач, брат священник. Вырос в поселке Вишневое под Киевом. В 15 лет стал иподьяконом при митрополите Филарете (будущем раскольнике-патриархе УПЦ КП). Закончил Московскую духовную Академию, принял постриг в Свято-Троицкой Сергиевой лавре. С первых дней монашества явил пример деятельной веры — не отказывал в помощи никому. Добровольно взял на себя послушание предавать земле по христианскому обряду не востребованных покойников из Сергиево-Посадского морга. Чем больше помогал людям, тем меньше хватало на это времени и сна. Погиб 16 декабря 2002 года, уснув за рулем.

Дмитрий Соколов-Митрич

Фото из архива Троице-Сергиевой лавры

Эксперт Online

30 июня 2015 г.

Сквозь галлюцинации и бред

автор Александр Ткаченко

Жил в шестидесятые годы прошлого века такой человек – Ханнес Линдеманн. Он был врач, исследовал возможности человека, попавшего в кораблекрушение. А чтобы лучше понять предмет своих исследований, предпринял очень рискованную попытку – переплыть Атлантический океан на самодельной лодке, выдолбленной из ствола дерева. Как ни странно, безумный эксперимент увенчался победой: за 119 дней он сумел от берегов Африки добраться до Гаити.

Репортеры задавали ему вопрос — что прежде всего требуется, чтобы выжить в океане потерпевшим кораблекрушение? Ответ Линдеманна был неожиданным:

— Самое важно — психологическая устойчивость, вера в свои силы. Готовясь к плаванию, я тщательно подготовился в физическом, техническом и навигационном плане, но психика моя была уязвима, а именно она отказывает быстрее, чем тело. Несколько раз я был в таком отчаянии, меня охватывала такая паника, что остается удивляться, как я остался в живых. Именно этот вопрос, как придать психике необходимую устойчивость, занимает меня сейчас больше всего. Читать далее

«ЧТОБЫ ПРАВИЛЬНО ПОНИМАТЬ ЦАРЯ НИКОЛАЯ II, НАДО БЫТЬ ПРАВОСЛАВНЫМ» Ответы православного англичанина на недоуменные вопросы о святом императоре Николае II

В день памяти Царственных Страстотерпцев мы публикуем ответы православного англичанина, не имеющего никаких русских корней, на вопросы его многочисленных знакомых из России, Голландии, Великобритании, Франции и США о святых Страстотерпцах и в особенности о святом императоре Николае II и его роли в российской и мировой истории. Эти вопросы особенно часто задавались в 2013 году, когда отмечалось 95-летие екатеринбургской трагедии. Тогда же отцом Андреем Филлипсом были сформулированы и ответы. Не со всеми выводами автора можно согласиться, но они, безусловно, интересны – хотя бы потому, что он, будучи англичанином, так хорошо знает русскую историю.– Почему столь распространены кривотолки о царе Николае II и резкая критика в его адрес?

– Чтобы правильно понимать царя Николая II, надо быть православным. Недостаточно быть человеком светским или номинальным православным, или полуправославным, или воспринимать Православие как свое хобби, сохраняя при этом прежний – советский или западный (что, по существу, является одним и тем же) культурный багаж. Надо быть сознательно православным, православным по существу, культуре и миропониманию.

Царь Николай II поступал и реагировал по-православному

Другими словами, чтобы понять Николая II, вам необходимо иметь духовную целостность, которую он имел. Царь Николай был глубоко и последовательно православным по своим духовным, нравственным, политическим, экономическим и социальным взглядам. Его православная душа смотрела на мир православными глазами, он поступал и реагировал по-православному.

– А почему профессиональные историки относятся к нему так негативно?

– Западные историки, как и советские, относятся к нему негативно, потому что они мыслят по-светски. Вот недавно я читал книгу «Крым» британского историка Орландо Фиджеса, специалиста по России. Это интересная книга о Крымской войне, со многими подробностями и фактами, написанная так, как и подобает серьезному ученому. Однако автор по умолчанию подходит к событиям с чисто западными светскими мерками: если правивший в то время царь Николай I не был западником, то он должен был быть религиозным фанатиком, намеревавшимся завоевать Османскую империю. При своей любви к деталям Фиджес упускает из виду самое главное: чем была Крымская война для России. Он видит западными глазами только империалистические цели, которые приписывает России. Его побуждает так поступать его мировоззрение светского человека Запада.

Фиджес не понимает, что те части Османской империи, которые интересовали Николая I, – это земли, где православное христианское население на протяжении веков страдало от исламского гнета. Крымская война не была колониальной, империалистической войной России с целью продвижения на территорию Османской империи и ее эксплуатации, в отличие от войн, которые вели западные державы ради своего продвижения в Азию и Африку и их порабощения. В случае с Россией это была борьба за свободу от угнетения – по сути антиколониальная и антиимпериалистическая война. Целью было освобождение православных земель и народов от гнета, а не завоевание чьей-то империи. Что касается обвинений Николая I в «религиозном фанатизме», то в глазах секуляристов любой искренний христианин есть религиозный фанатик! Это объясняется тем, что в сознании этих людей отсутствует духовное измерение. Они не способны видеть за пределами своей светской культурной среды и не выходят за рамки установленного мышления.

– Выходит, это из-за своего светского мировоззрения западные историки называют Николая II «слабым» и «неспособным»?

Миф о «слабости» Николая II как правителя – западная политическая пропаганда, придуманная в то время и повторяемая до сих пор

– Да. Это западная политическая пропаганда, придуманная в то время и повторяемая до сих пор. Западные историки обучаются и финансируются западным «истеблишментом» и не могут видеть шире. Серьезные постсоветские историки уже опровергли эти обвинения в адрес царя, сфабрикованные Западом, которые советские коммунисты радостно повторяли в оправдание уничтожения царской империи. Пишут, что цесаревич был «не способен» править, но всё дело в том, что в самом начале он просто не был готов стать царем, поскольку его отец, царь Александр III, умер внезапно и относительно молодым. Но Николай быстро выучился и стал «способным».

Другое излюбленное обвинение Николая II – в том, что он якобы развязывал войны: Японско-русскую войну, именуемую «Русско-японской», и кайзеровскую войну, названную Первой мировой. Это неправда. Царь был в то время единственным мировым лидером, желавшим разоружения и не хотевшим войны. Что касается войны против японской агрессии, то это сами японцы, вооруженные, спонсируемые и подстрекаемые США и Великобританией, начали Японско-русскую войну. Они без предупреждения напали на российский флот в Порт-Артуре, название которого столь созвучно с Перл-Харбор. И, как мы знаем, австро-венгры, подгоняемые кайзером, искавшим любого повода для начала войны, развязали Первую мировую войну.

Именно Николай II в 1899 году первым в мировой истории призвал правителей государств к разоружению и всеобщему миру

Вспомним, что именно царь Николай II в Гааге в 1899 году первым в мировой истории призвал правителей государств к разоружению и всеобщему миру – он видел, что западная Европа была готова взорваться, как пороховая бочка. Он был нравственным и духовным лидером, единственным в то время правителем в мире, не имевшим узких, националистических интересов. Напротив, будучи помазанником Божиим, он имел в сердце универсальную задачу всего православного христианства – привести ко Христу всё созданное Богом человечество. Иначе зачем же он пошел на такие жертвы ради Сербии? Он был человеком необыкновенно сильной воли, как заметил, например, французский президент Эмиль Лубе. Все силы ада сплотились, чтобы уничтожить царя. Они не стали бы этого делать, если бы царь был слабым.

– Вы говорите, что Николай II – глубоко православный человек. Но ведь в нем совсем мало русской крови, не так ли?

– Простите, но в данном утверждении содержится националистическое предположение, что надо обязательно быть «русской крови», чтобы считаться православным, принадлежать универсальному христианству. Думаю, что царь был на одну 128-ю русским по крови. И что же? Сестра Николая II прекрасно ответила на этот вопрос более пятидесяти лет назад. В интервью 1960 года греческому журналисту Яну Ворресу великая княгиня Ольга Александровна (1882–1960) сказала: «Называли ли британцы короля Георга VI немцем? В нем не было ни капли английской крови… Кровь – это еще не главное. Главное – это страна, в которой вы выросли, вера, в которой воспитаны, язык, на котором говорите и мыслите».

– Сегодня некоторые русские изображают Николая II «искупителем». Вы с этим согласны?

– Конечно, нет! Есть только один искупитель – Спаситель Иисус Христос. Однако можно сказать, что жертва царя, его семьи, слуг и десятков миллионов других людей, убитых в России советским режимом и фашистами, была искупительной. Русь была «распята» за грехи мира. Действительно, страдания русских православных в их крови и слезах были искупительными. Истинно и то, что все христиане призваны спасаться, живя во Христе Искупителе. Интересно, что некоторые благочестивые, но не слишком образованные русские, называющие царя Николая «искупителем», называют Григория Распутина святым.

– Значима ли личность Николая II сегодня? Православные христиане составляют небольшое меньшинство среди остальных христиан. Даже если Николай II представляет особую значимость для всех православных, это всё равно будет немного в сравнении со всеми христианами.

– Конечно, мы, христиане, являемся меньшинством. Согласно статистике, из 7 миллиардов живущих на нашей планете людей христиан всего 2,2 миллиарда – это 32%. А православные христиане составляют всего 10% от числа всех христиан, то есть православных на свете лишь 3,2%, или примерно каждый 33-й житель Земли. Но если посмотреть на эту статистику с богословской точки зрения, то что мы увидим? Для православных христиан неправославные христиане – это отпавшие от Церкви бывшие православные, невольно приведенные своими лидерами по целому ряду политических причин и ради мирского благополучия в инославие. Католики могут пониматься нами как окатоличенные православные, а протестанты – как католики, которых опротестантили. Мы, недостойные православные, как малая закваска, которая заквашивает всё тесто (см.: Гал. 5: 9).

Без Церкви свет и тепло не распространяются от Святого Духа на весь мир. Вот вы находитесь вне Солнца, но всё равно ощущаете исходящие от него тепло и свет – также и 90% христиан, находящихся вне Церкви, всё еще знают о ее действии. Например, почти все они исповедуют Святую Троицу и Христа как Сына Божия. Почему? Благодаря Церкви, установившей эти учения много веков назад. Такова благодать, присутствующая в Церкви и изливающаяся от нее. Если мы это понимаем, то поймем и значимость для нас православного императора, последнего духовного преемника императора Константина Великого – царя Николая II. Его свержение с престола и убийство полностью изменило ход церковной истории, то же можно сказать и о его недавнем прославлении.

– Если это так, то почему царь был свергнут и убит?

– Христиане всегда гонимы в мире, как Господь и говорил Своим ученикам. Дореволюционная Россия жила православной верой. Однако вера была отвергнута большей частью прозападной правящей элиты, аристократией и многими представителями увеличивавшегося среднего класса. Революция стала результатом утраты веры.

Большинство представителей высшего класса в России жаждали власти, так же как богатые торговцы и средний класс во Франции хотели власти и послужили причиной Французской революции. Приобретя богатство, они желали подняться на следующую ступень иерархии ценностей – ступень власти. В России такая жажда власти, пришедшая с Запада, была основана на слепом поклонении Западу и ненависти к своей стране. Мы видим это с самого начала на примере таких фигур, как А. Курбский, Петр I, Екатерина II и западники вроде П. Чаадаева.

Упадок веры отравил и «белое движение», которое разделилось из-за отсутствия общей укрепляющей веры в Православное царство. В целом российская правящая элита была лишена православного самосознания, которое было заменено различными суррогатами: причудливой смесью мистицизма, оккультизма, масонства, социализма и поиска «истины» в эзотерических религиях. Кстати, эти суррогаты продолжали жить в парижской эмиграции, где различные деятели отличились своей приверженностью к теософии, антропософии, софианству, имябожничеству и другим весьма причудливым и духовно опасным лжеучениям.

Они имели так мало любви к России, что в результате откололись от Русской Церкви, но всё равно оправдывали себя! Поэт Сергей Бехтеев (1879–1954) сказал сильные слова по этому поводу в своем стихотворении 1922 года «Опомнись, знать», сравнивая привилегированное положение эмиграции в Париже с положением людей в распятой России:

И снова их сердца исполнены интриги,
И снова на устах предательство и ложь,
И вписывает жизнь в главу последней книги
Измену гнусную зазнавшихся вельмож.

Эти представители высших классов (хотя не все были предателями) с самого начала финансировались Западом. Запад считал, что, как только его ценности: парламентская демократия, республиканство и конституционная монархия – будут насажены в России, она станет еще одной буржуазной западной страной. По той же причине Русскую Церковь нужно было «протестантизировать», то есть духовно нейтрализовать, лишить силы, что Запад постарался сделать с Константинопольским Патриархатом и другими Поместными Церквями, павшими под его властью после 1917 года, когда они лишились покровительства России. Это было следствием тщеславной идеи Запада, что его модель может стать универсальной. Эта идея присуща западным элитам и сегодня, они стараются навязать всему миру свою модель под названием «новый мировой порядок».

Царя – помазанника Божия, последнего защитника Церкви на земле – надо было сместить, потому что он сдерживал Запад от захвата власти в мире

Царя – помазанника Божия, последнего защитника Церкви на земле – надо было сместить, потому что он сдерживал Запад от захвата власти в мире. Однако в своей некомпетентности аристократы-революционеры февраля 1917 года вскоре потеряли контроль над ситуацией, и через несколько месяцев власть перешла от них к низам низов – к преступникам большевикам. Большевики же взяли курс на массовое насилие и геноцид, на «красный террор», подобный террору во Франции пятью поколениями ранее, но уже с гораздо более жестокими технологиями XX века.

Тогда была искажена и идеологическая формула православной империи. Напомню, что она звучала так: «Православие, самодержавие, народность». Но ее злонамеренно трактовали так: «обскурантизм, тирания, национализм». Безбожные коммунисты деформировали эту идеологию ещё больше, так что она превратилась в «централизованный коммунизм, тоталитарную диктатуру, национал-большевизм». А что же означала первоначальная идеологическая триада? Она означала: «(полное, воплощенное) истинное христианство, духовная независимость (от сил мира сего) и любовь к народу Божию». Как мы говорили выше, эта идеология была духовной, нравственной, политической, экономической и социальной программой Православия.

– Социальная программа? Но ведь революция произошла оттого, что было очень много бедных и имела место нещадная эксплуатация бедняков супербогатыми аристократами, а царь был во главе этой аристократии.

– Нет, именно аристократия противостояла царю и народу. Царь сам щедро жертвовал из своих богатств и облагал высокими налогами богачей при замечательном премьер-министре Петре Столыпине, так много сделавшем для земельной реформы. К сожалению, царская программа социальной справедливости стала одной из причин, почему аристократы возненавидели царя. Царь и народ были едины. Оба были преданы прозападной элитой. Об этом свидетельствует уже убийство Распутина, которое было подготовкой к революции. Крестьяне справедливо видели в этом предательство народа знатью.

– А какова была роль евреев?

– Существует такая теория заговора, что будто бы одни евреи виноваты во всем плохом, что происходило и происходит в России (и в мире вообще). Это противоречит словам Христа.

Действительно, большинство большевиков были евреями, но евреи, участвовавшие в подготовке русской революции, были, прежде всего, вероотступниками, атеистами вроде К. Маркса, а не верующими, практикующими иудеями. Евреи, участвовавшие в революции, работали рука об руку с неевреями-атеистами, например с американским банкиром П. Морганом, а также с русскими и многими другими и зависели от них.

Сатана не отдает предпочтения какой-либо одной конкретной нации, но использует в своих целях каждого, кто готов подчиниться ему

Мы знаем, что Британия организовалаФевральскую революцию 1917 года, которую поддерживала Франция и профинансировали США, что В. Ленин был отправлен в Россию и спонсирован кайзером и что массы, сражавшиеся в Красной армии, были русскими. Ни один из них не был евреем. Некоторые люди, плененные расистскими мифами, просто отказываются смотреть правде в глаза: революция была делом рук сатаны, который готов для достижения своих губительных планов использовать любую нацию, любого из нас – евреев, русских, нерусских… Сатана не отдает предпочтения какой-либо одной конкретной нации, но использует в своих целях каждого, кто готов подчинить ему свою свободную волю для установления «нового мирового порядка», где он будет единым правителем павшего человечества.

– Есть русофобы, считающие, что Советский Союз был преемником царской Россией. Так ли это, по вашему мнению?

– Несомненно, существует преемственность… западной русофобии! Посмотрите, например, выпуски газеты «Таймс» между 1862 и 2012 годами. Вы увидите 150 лет ксенофобии. Верно, что многие на Западе были русофобами еще задолго до появления Советского Союза. В каждом народе есть такие ограниченно мыслящие люди – просто-напросто националисты, считающие, что любой народ, кроме их родного, должен быть очернен, какой бы ни была его политическая система и как бы эта система ни менялась. Мы видели это в недавней войне в Ираке. Мы видим это сегодня в сводках новостей, где обвиняются во всех грехах народы Сирии, Ирана и Северной Кореи. Мы не воспринимаем серьезно такие предрассудки.

Вернемся к вопросу о преемственности. После периода сплошного кошмара, начатого в 1917 году, преемственность, действительно, появилась. Это произошло после того, как Германия напала на Россию в день Всех святых, в земле Российской просиявших, в июне 1941 года. Сталин осознал, что сможет победить в войне только с благословения Церкви, вспомнил прошлые победы православной России, одержанные, например, при святых князьяхАлександре Невском и Димитрии Донском. Осознал, что любой победы можно добиться только вместе с его «братьями и сестрами», то есть народом, а не с «товарищами» и коммунистической идеологией. География не меняется, поэтому в российской истории имеет место преемственность.

Советский период был отклонением от истории, отпадением от национального предназначения России, особенно в первый кровавый период после революции…

Мы знаем (и Черчилль очень ясно это выразил в своей книге «Мировой кризис 1916–1918 годов»), что в 1917 году Россия была накануне победы

Что бы было, если бы не произошла революция? Мы знаем (и У. Черчилль очень ясно это выразил в своей книге «Мировой кризис 1916–1918 годов»), что Россия была накануне победы в 1917 году. Вот почему революционеры тогда поспешили принять меры. У них была узенькая лазейка, через которую они могли действовать до начала великого наступления 1917 года.

Если бы не было революции, Россия бы победила австро-венгров, чья многонациональная и в основном состоявшая из славян армия всё равно была на грани мятежа и развала. Затем Россия оттеснила бы обратно в Берлин немцев или, скорее всего, их прусских военачальников. В любом случае, ситуация была бы похожей на 1945 год, но с одним важным исключением. Исключение состоит в том, что царская армия в 1917–1918 годах освободила бы Центральную и Восточную Европу, не завоевывая ее, как это случилось в 1944–1945 годах. И она бы освободила Берлин, так же как освободила Париж в 1814 году – мирно и благородно, без ошибок, допущенных Красной армией.

– Что бы тогда было?

– Освобождение Берлина и, следовательно, Германии от прусского милитаризма, несомненно, привело бы к разоружению и разделению Германии на части, к ее восстановлению такой, какой она была до 1871 года, – страны культуры, музыки, поэзии и традиций. Это стало бы концом Второго Рейха О. Бисмарка, который был возрождением Первого Рейха воинственного еретика Карла Великого и привел к Третьему Рейху А. Гитлера.

Если бы Россия победила, это привело бы к умалению прусского/немецкого правительства, а кайзер, очевидно, был бы отправлен в ссылку на какой-нибудь маленький островок, как в свое время Наполеон. Но не было бы унижения германских народов – результата Версальского договора, прямо приведшего к ужасам фашизма и Второй мировой войне. Кстати, это привело и к «Четвертому Рейху» нынешнего Европейского Союза.

– Разве Франция, Британия и США не воспротивились бы отношениям победившей России с Берлином?

Союзники и не желали видеть Россию победителем. Они хотели использовать ее лишь как «пушечное мясо»

– Франция и Британия, увязшие в своих пропитанных кровью окопах или, возможно, достигшие к тому времени французских и бельгийских границ с Германией, не смогли бы этому воспрепятствовать, потому что победа над кайзеровской Германией была бы в первую очередь победой России. А США никогда бы не вступили в войну, если бы из нее прежде не была выведена Россия – частично благодаря финансированию Соединенными Штатами революционеров. Вот почему союзники делали всё, чтобы устранить Россию из войны: они не желали видеть Россию победителем. Они хотели использовать ее лишь как «пушечное мясо», чтобы утомить Германию и подготовить ее поражение от рук союзников – а они бы прикончили Германию и беспрепятственно ее захватили.

– Ушли бы русские армии из Берлина и Восточной Европы вскоре после 1918 года?

– Да, конечно. Вот еще одно отличие от Сталина, для которого «самодержавие» – второй элемент идеологии Православной империи – деформировалось в «тоталитаризм», означавший оккупацию, подавление и порабощение посредством террора. После падения Германской и Австро-Венгерской империй для Восточной Европы наступила бы свобода с перемещением населения в пограничные территории и установлением новых государств без меньшинств: это были бы воссоединенные Польша и Чехия, Словакия, Словения, Хорватия, Закарпатская Русь, Румыния, Венгрия и так далее. Создалась бы демилитаризованная зона по всей территории Восточной и Центральной Европы.

Это была бы Восточная Европа с разумными и защищенными границами

Это была бы Восточная Европа с разумными и защищенными границами, и удалось бы избежать ошибки создания государств-конгломератов, таких как будущие (ныне уже бывшие) Чехословакия и Югославия. Кстати, о Югославии: царь Николай еще в 1912 году учредил Балканский Союз для предотвращения последующих балканских войн. Конечно, он потерпел неудачу из-за интриг германского князька («царя») Фердинанда в Болгарии и националистских интриг в Сербии и Черногории. Мы можем себе представить, что после Первой мировой войны, из которой Россия вышла бы победителем, такой таможенный союз, установленный с ясными границами, мог бы стать постоянным. Этот союз, при участии Греции и Румынии, мог бы наконец-то установить мир на Балканах, а Россия была бы гарантом его свободы.

– Какой бы была судьба Османской империи?

– Союзники уже в 1916 году договорились, что России будет позволено освободить Константинополь и контролировать Черное море. Этого Россия могла бы добиться 60 годами ранее, тем самым предотвратив совершенные турками массовые убийства в Болгарии и Малой Азии, если бы Франция и Великобритания не победили Россию в Крымской войне. (Вспомним, что царь Николай I был похоронен с серебряным крестом, изображавшим «Aghia Sophia» – церковь Премудрости Божией, «чтобы на Небесах он не забывал молиться о своих братьях на Востоке»). Христианская Европа освободилась бы от Османского ига.

Армяне и греки Малой Азии тоже были бы защищены, а курды имели бы свое собственное государство. Более того, православная Палестина, немалая часть нынешних Сирии и Иордании перешли бы под покровительство России. Не было бы ни одной из этих постоянных войн на Ближнем Востоке. Возможно, сегодняшнего положения Ирака и Ирана тоже удалось бы избежать. Последствия были бы колоссальными. Мы можем представить себе контролируемый Россией Иерусалим? Даже Наполеон заметил, что «тот, кто управляет Палестиной, управляет всем миром». Сегодня это известно Израилю и США.

– Какими были бы последствия для Азии?

Святому Николаю II было предназначено «прорубить окно в Азию»

– Петр I «прорубил окно в Европу». Святому Николаю II было предназначено «прорубить окно в Азию». Несмотря на то, что святой царь активно строил церкви в Западной Европе и обеих Америках, у него был слабый интерес к католическо-протестантскому Западу, включая и Америку с Австралией, потому что у самого Запада был и остается лишь ограниченный интерес к Церкви. На Западе – как тогда, так и сейчас – невысокий потенциал для роста Православия. На самом деле сегодня всего небольшая часть населения Земли живет в Западном мире, несмотря на то, что он занимает большую территорию.

Цель царя Николая служить Христу была, таким образом, больше связана с Азией, особенно с буддийской Азией. В его Российской империи жили бывшие буддисты, обратившиеся ко Христу, и царь знал, что буддизм, как и конфуцианство, – это не религия, а философия. Буддисты называли его «белый Тара» (Белый царь). Были отношения с Тибетом, где его называли «Чакравартин» (Царь мира), Монголией, Китаем, Манчжурией, Кореей и Японией – странами с большим потенциалом развития. Он также думал об Афганистане, Индии и Сиаме (Таиланд). Король Сиама Рама V посещал Россию в 1897 году, и царь предотвратил превращение Сиама во французскую колонию. Это было такое влияние, которое распространилось бы и на Лаос, Вьетнам и Индонезию. Люди, живущие в этих странах, сегодня составляют почти половину населения всего мира.

В Африке, где сегодня проживает почти седьмая часть населения Земли, у святого царя были дипломатические отношения с Эфиопией, которую он успешно защитил от колонизации Италией. Император вмешивался и ради интересов марокканцев, а также буров в Южной Африке. Хорошо известно сильное отвращение Николая II к тому, что сделали британцы с бурами – а они просто умертвили их в концентрационных лагерях. У нас есть повод утверждать, что нечто подобное царь думал и о колониальной политике Франции и Бельгии в Африке. Императора также уважали мусульмане, называвшие его «Аль-Падишах», то есть «Великий царь». В целом восточные цивилизации, признававшие священное, уважали «Белого царя» гораздо больше, чем буржуазные западные цивилизации.

Немаловажно, что Советский Союз позднее тоже выступал против жестокости западной колониальной политики в Африке. Здесь также налицо преемственность. В наши дни уже действуют русские православные миссии в Таиланде, Лаосе, Индонезии, Индии и Пакистане, есть приходы в Африке. Думаю, что сегодняшняя группа БРИКС, состоящая из быстро развивающихся государств, есть пример того, чего Россия могла достичь 90 лет назад как член группы независимых стран. Недаром последний махараджа Сикхской империи Далип Сингх (ум. 1893) просил царя Александра III освободить Индию от эксплуатации и притеснения со стороны Британии.

– Значит, Азия могла стать колонией России?

– Нет, точно не колонией. Императорская Россия была против колонизаторской политики и империализма. Достаточно сравнить продвижение России в Сибирь, которое в основном было мирным, и продвижение европейцев в обе Америки, сопровождавшееся геноцидом. К одним и тем же народам (коренные американцы в основном близкие родственники сибиряков) было совершенно разное отношение. Конечно, в Сибири и Русской Америке (Аляске) были и российские торговцы-эксплуататоры, и пьяные охотники за мехом, которые вели себя по отношению к местному населению так же, как ковбои. Это мы знаем из житий преподобного Германа Аляскинского, а также миссионеров на востоке России и в Сибири – святых Стефана Великопермского и Макария Алтайского. Но такие вещи были скорее не правилом, а исключением, и не имело места никакого геноцида.

– Всё это очень хорошо, но мы сейчас говорим о том, что могло бы произойти. А это лишь гипотетические предположения.

Да, это гипотетические предположения, но гипотезы могут дать нам видение будущего

– Да, гипотетические предположения, но гипотезы могут дать нам видение будущего. Мы можем рассматривать последние 95 лет как дыру, как катастрофическое отклонение от хода мировой истории с трагическими последствиями, стоившими жизней сотен миллионов людей. Мир потерял равновесие после падения бастиона – христианской России, осуществленного транснациональным капиталом с целью создания «однополярного мира». Эта «однополярность» – всего лишь код для обозначения нового мирового порядка, возглавляемого единым правительством, – мировой антихристианской тирании.

Если только мы это осознаем, тогда сможем продолжить то, на чем остановились в 1918 году, и собрать вместе остатки православной цивилизации во всем мире. Какой бы ужасной ни была нынешняя ситуация, всегда есть надежда, рождающаяся в покаянии.

– Каким может быть результат этого покаяния?

– Новая Православная империя с центром в России и духовной столицей в Екатеринбурге – центре покаяния. Таким образом появилась бы возможность вернуть баланс этому трагическому, потерявшему равновесие миру.

– Вас тогда, наверное, можно уличить в чрезмерном оптимизме.

– Посмотрите, что произошло за последнее время, с момента празднования тысячелетия Крещения Руси в 1988 году. Ситуация в мире изменилась, даже преобразилась – и всё это благодаря покаянию достаточного количества людей из бывшего Советского Союза, способному изменить целый мир. Последние 25 лет стали свидетелями революции – единственно верной, духовной революции: возвращения в Церковь. Принимая во внимание историческое чудо, уже увиденное нами (а это казалось нам, родившимся среди ядерных угроз «холодной войны», лишь смешными мечтами – мы помним духовно хмурые 1950-е, 1960-е, 1970-е и 1980-е годы), почему бы нам не представить себе эти возможности, о которых говорилось выше, в будущем?

В 1914 году мир вошел в тоннель, и в годы «холодной войны» мы жили в полной темноте. Сегодня мы всё еще в этом тоннеле, но впереди уже видны проблески света. Это свет в конце тоннеля? Вспомним слова Евангелия: «Всё возможно Богу» (Мк. 10: 27). Да, по-человечески сказанное выше очень оптимистично, и нет гарантии ни на что. Но альтернатива сказанному – апокалипсис. Времени остается мало, и мы должны поторопиться. Пусть это будет предупреждением и призывом для нас всех.

 

Протоиерей Андрей Филлипс
Перевел с английского Дмитрий Лапа                   взято с сайта http://www.pravoslavie.ru/80719.html
17 июля 2015 г.